Официальная риторика Министерства обороны РФ годами транслирует картины безупречной заботы: государственные гарантии, современная госпитальная база, всесторонняя социальная реабилитация и высокие единовременные компенсации для участников боевых действий. Однако за парадными сюжетами федеральных каналов в новых формированиях российской армии сформировалась параллельная реальность — замкнутая репрессивная система, в которой грань между воинской службой и принудительной утилизацией собственных искалеченных солдат оказалась окончательно стёрта.

Одним из наиболее показательных и задокументированных примеров этой практики стал 126-й мотострелковый полк (войсковая часть 50526), развёрнутый в Заполярье в составе 71-й гвардейской мотострелковой дивизии 14-го армейского корпуса восстановленного Ленинградского военного округа. Сформированный для победных рапортов о «наращивании северного кулака против НАТО», полк превратился в штрафной эшелон: сюда собирают раненых со всего военного округа, лишают законного лечения бойцов с ампутированными ногами и стопами, обнуляют врачебные заключения и бросают людей на костылях в лобовые штурмы под Волчанском и Часовым Яром.

От разгрома 200-й бригады к «бумажной» 71-й дивизии

Чтобы понять внутреннее устройство 126-го полка, необходимо восстановить историю его материнского соединения. До начала полномасштабного вторжения 200-я отдельная мотострелковая Печенгская бригада (в/ч 08275), расквартированная в посёлках Печенга и Луостари Мурманской области всего в десятке километров от границы с Норвегией, считалась элитой арктических сил РФ. Бригаду оснащали новейшими танками Т-80БВМ, арктическими вездеходами ДТ-30 «Витязь» и готовили к обороне стратегических баз Северного флота.

В феврале 2022 года две батальонные тактические группы 200-й бригады были брошены на Харьков. В первые же недели боёв под Кутузовкой, Малой Роганью и Русской Лозовой соединение потерпело сокрушительное поражение: по данным служебных документов бригады, опубликованных The Washington Post, из 1 400–1 600 бойцов в строю осталось менее трети. Бригада потеряла 18 танков Т-80БВМ, десятки БМП и большую часть кадровых офицеров, а её командир полковник Денис Курило был тяжело контужен.

На протяжении 2023–2024 годов обескровленную часть пытались восстанавливать за счёт экстренных мер: принудительного списания в пехоту матросов и старшин с надводных кораблей и атомных подлодок Северного флота, мобилизованных из Петербурга и Вологды, а также контингента из исправительных колоний (роты «Шторм-Z» и «Шторм-V»). В ожесточённых боях за Бахмут и на высотах вокруг Часова Яра бригада вновь понесла тяжелейшие потери, исчерпав резервы добровольцев.

Осенью 2025 года Генеральный штаб РФ предпринял масштабную административную маскировку: 200-ю бригаду формально развернули в 71-ю гвардейскую мотострелковую дивизию. В структуру нового соединения вошли вновь сформированные части — 126-й мотострелковый полк (в/ч 50526), 127-й мотострелковый полк (в/ч 50542) и артиллерийские дивизионы. Однако создание дивизии произошло преимущественно на бумаге: реальной боевой техники, артиллерии и подготовленных младших командиров для комплектования трёх полноценных полков в Заполярье не существовало.

Организационно-штатная структура и география комплектования в/ч 50526

Анализ открытых документов, публикаций волонтёрских организаций и свидетельств военнослужащих позволяет детально восстановить структуру 126-го полка:

  • Пункт постоянной дислокации: гарнизон Печенга (район 19-го километра), Мурманская область, на фондах бывших казарм 200-й бригады.
  • Оперативное подчинение: 71-я гвардейская мотострелковая дивизия, 14-й армейский корпус, Ленинградский военный округ.
  • Батальонный состав: 1-й мотострелковый батальон (включающий 1-ю, 2-ю и 3-ю роты), 2-й и 3-й мотострелковые батальоны, штурмовые роты «Шторм-V», взвод беспилотных систем, взвод материального обеспечения (ВМО), медицинская рота и гаубичная батарея.

Основным человеческим ресурсом для формирования части стали не кадровые контрактники, а специфический контингент:

1. Мобилизованные военнослужащие из Северо-Западного федерального округа: жители Архангельской, Мурманской, Вологодской областей и Республики Карелия.

2. Лица, завербованные в исправительных колониях по законам № 270-ФЗ и № 64-ФЗ (в частности, спецконтингент ИК-7 в Сегеже, ИК-1 в Верхнем Чове, колоний Архангельской области).

3. Военнослужащие, получившие тяжёлые ранения в составе 200-й бригады, 80-й арктической бригады и 138-й мотострелковой бригады, чьё лечение было искусственно прервано.

4. Технические специалисты и матросы технических частей флота, подвергшиеся насильственному перепрофилированию в стрелки.

Командная вертикаль: Жерихов, Попов, Константинов

Вскрытые редакцией свидетельства военнослужащих, процессуальные жалобы и базы открытых данных указывают на конкретных командиров, несущих прямую ответственность за происходящее в части:

1. Командир 126-го мотострелкового полка — подполковник Жерихов Андрей Сергеевич (позывной «Север»). Родился 14 мая 1987 года в городе Вольск Саратовской области. ИНН: 280119415111, личный номер телефона: +79172121988. Окончил Дальневосточное высшее общевойсковое командное училище (ДВОКУ). До назначения в в/ч 50526 проходил службу в печально известной 64-й отдельной мотострелковой бригаде (в/ч 51460, Хабаровский край), чьи подразделения весной 2022 года совершали военные преступления в Киевской области, а затем служил в 80-й отдельной мотострелковой (арктической) бригаде (в/ч 34667, посёлок Алакуртти). Назначенный командиром 126-го полка в январе 2026 года, Жерихов сделал нормой отмену госпитализаций, шантаж уголовными делами о дезертирстве и личный запрет на выезд раненых в тыл.

2. Офицер боевого управления полка — подполковник Попов Николай Владимирович (позывной «Гранит»). Родился 20 мая 1989 года в городе Новохопёрск Воронежской области, зарегистрирован в Печенге. ИНН: 361702965632, личный телефон: +79210449803. Курирует полевой штаб полка на Шебекинском оперативном участке Белгородской области и отвечает за формирование сводных штурмовых групп первого эшелона.

3. Начальник штаба 71-й дивизии — полковник Константинов Владимир Николаевич (позывной «Рубин»). По единодушным показаниям бойцов и офицеров полка, именно из его кабинета исходит директива об отказе в проведении военно-врачебных комиссий и запрете на исключение бывших осуждённых из списков части до момента гибели: «Штаб дивизии открыто заявляет, что раненые должны списываться на передовой, а не занимать койки в тыловых госпиталях».

Конвейер для инвалидов: пять видеообращений 29 января 2026 года

Кульминацией произвола командования стала публичная огласка в конце января 2026 года. Накануне очередной отправки эшелона в зону боевых действий группа военнослужащих в/ч 50526, находившаяся в неотапливаемой казарме сборного пункта, записала открытые видеообращения, показав на камеру следы хирургических вмешательств, ампутированные конечности и документы военно-врачебных экспертиз.

Эти свидетельства зафиксировали имена пяти бойцов, ставших символом происходящего:

  • Старцев Андрей Владимирович (родился 17 февраля 1987 года). В боях осенью 2024 года подорвался на противопехотной мине, перенёс ампутацию ноги ниже коленного сустава. Военно-врачебная комиссия 1-го Военно-морского клинического госпиталя установила категорию годности «Д» — не годен к военной службе с исключением с воинского учёта. Старцев передвигался исключительно на двух костылях и ожидал изготовления протеза. В январе 2026 года подполковник Жерихов подписал приказ о включении Старцева в штурмовой список: инвалиду выдали каску, бронежилет 6Б45 и предписали готовиться к посадке в грузовик.
  • Мукменов Михаил Викторович (родился 12 марта 1982 года). Получил тяжёлое минно-взрывное ранение с последующей травматической ампутацией стопы и повреждением голеностопного сустава. Физически не способен передвигаться по грунтовой местности. Вместо положенной демобилизации и социальной выплаты был зачислен в состав штурмовой группы в качестве «подносчика боеприпасов».
  • Богданов Сергей Анатольевич. Военнослужащий с ампутацией голени правой ноги. Культя не зарубцевалась, образовался свищ с воспалительным процессом. На видео Богданов демонстрирует незажившую ногу, подчеркивая, что командование 126-го полка отобрало у него обезболивающие препараты и под угрозой отправки в земляную яму принуждало подписать согласие на убытие на фронт.
  • Колесов Давыд Дмитриевич (родился 9 февраля 1997 года). Получил проникающее осколочное ранение с повреждением позвонков и внутренних органов. Находился на стационарном восстановительном лечении, которое было прервано прямым письменным требованием Жерихова об отзыве всех легко- и среднераненого состава части.
  • Бабаев Эльбрус Бахтиярович (родился 23 ноября 1976 года). В боях за Бахмут получил тяжёлое пулевое и осколочное поражение плечевого сплетения: правая рука полностью парализована (висячая кисть, необратимая контрактура), пальцы утратили подвижность. Военнослужащий не в состоянии наложить себе жгут, взвести затвор автомата или удержать оружие в руках.
«Нас собрали в казарме и сказали: боевое распоряжение подписано. Никакие категории „Д“ командование полка не волнуют. Жерихов прямо сказал: „Вы либо поедете и сдохнете там, либо сгниёте в яме за дезертирство“. За всем этим стоит начальник штаба дивизии Константинов — он дал команду грести абсолютно всех, чтобы закрыть дыры в отчётах перед округом».

Дело Александра Дергаева: сорванная операция в ВМА и вызов СКР

История бойца Александра Александровича Дергаева стала наиболее документально подтверждённым кейсом преступной халатности командования полка. Дергаев подписал контракт в октябре 2023 года, находясь в исправительной колонии. Проведя на передовой более полутора лет в непрерывных боях без ротаций, он получил два тяжёлых ранения, третью группу инвалидности и категорию «В» (ограниченно годен к военной службе).

В результате разрыва мины у Дергаева были перебиты нервные стволы левой руки, что привело к постепенному отмиранию мышечных волокон. В мае 2026 года Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова в Санкт-Петербурге выписала на имя командования в/ч 50526 официальный вызов на госпитализацию: Дергаеву требовалась срочная микрохирургическая реконструктивная операция по пересадке нерва, без которой руку ждала полная ампутация.

18 июня 2026 года Александр Дергаев опубликовал видеообращение, адресованное председателю Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину. Держа в здоровой руке бланки направлений и вызовов из академии, военнослужащий подробно рассказал, как подполковник Жерихов аннулировал его документы:

«Командир 126-го полка подполковник Жерихов Андрей Сергеевич лично отказался подписывать мне отпускной билет на госпитализацию. Мне прямо в лицо было сказано: людей не хватает, лопату в зубы — и вперёд. Меня фиктивно оформили в тыловую роту, а сами везут под Часов Яр на штурм! Я противника своего боюсь меньше, чем своих командиров. От противника хотя бы знаешь, чего ждать, а наши офицеры нас просто методично убивают, списывая как мясо».

Несмотря на то, что видеозапись Дергаева набрала сотни тысяч просмотров в социальных сетях, Главное военное следственное управление СКР не возбудило уголовного дела в отношении Жерихова. По данным сослуживцев, после записи ролика Дергаев был лишён средств связи и принудительно переведён на передовой наблюдательный пункт под артиллерийским огнём.

Принудительная «пехотизация»: ликвидация расчётов БПЛА и тыловиков

Колоссальная убыль личного состава в лобовых атаках вынудила штаб 126-го полка прибегнуть к практике так называемой «пехотизации» — насильственному переводу квалифицированных технических специалистов, связистов, медиков и тыловиков в состав штурмовой пехоты.

Редакция зафиксировала конкретные подтверждённые случаи этой практики:

  • Владислав Архипов. Мобилизованный военнослужащий с техническим образованием, прошедший трёхмесячный специализированный курс операторов разведывательных квадрокоптеров и FPV-дронов. По прибытии в расположение в/ч 50526 его лётный журнал и сертификаты были демонстративно проигнорированы: приказом командира полка Архипов был назначен стрелком 5-й штурмовой роты. На возражения бойца о нерациональной трате обученного оператора комбат заявил: «У нас дронов всё равно нет, а дыры в посадках затыкать некем».
  • Давид Маргарян. Штатный повар взвода материального обеспечения 126-го полка. 9 февраля 2026 года под личной угрозой расстрела со стороны офицеров военной полиции был переведён в состав сводной штурмовой группы первого эшелона на Волчанском направлении. В тот же день подразделение попало под кассетный обстрел на переправе через реку Волчья. С 10 февраля 2026 года Маргарян официально числится «пропавшим без вести при исполнении боевого задания».

Эта практика не только приводит к неоправданной гибели людей, но и уничтожает технический потенциал самого полка, лишая его глаз в воздухе и базовой тыловой поддержки.

«Ямы» под Шебекино: внесудебные расправы и поборы

В марте 2026 года независимый мониторинг зафиксировал видеосвидетельства внесудебных наказаний военнослужащих 4-й роты 126-го мотострелкового полка. Видеоматериалы, записанные очевидцами в лесном лагере в районе населённого пункта Графовка Шебекинского района Белгородской области, показали изнанку «поддержания воинской дисциплины».

Бойцы 4-й роты отказались выдвигаться на открытый штурм украинских укреплений в Волчанске после того, как обещанный танк поддержки заглох, а артиллерийский дивизион полка остался без снарядов. Реакция командования последовала незамедлительно: по приказу подполковника Жерихова и офицеров комендатуры отказников разоружили, раздели до нательного белья, изъяли обувь и сбросили в необорудованные земляные ямы глубиной до трёх метров. Солдаты удерживались на мокрой земле при минусовой температуре в течение нескольких суток без горячей пищи и воды, подвергаясь избиениям пластиковыми трубами и черенками лопат.

Параллельно в полку сформировалась устойчивая коррупционная экосистема по вымогательству денежных средств у военнослужащих:

  • 100 000 – 150 000 рублей в месяц — негласная «такса» за фиктивный перевод военнослужащего во взвод материального обеспечения или в автопарк на территории Белгородской области.
  • 200 000 – 300 000 рублей — плата офицерам управления за включение бойца во второй или третий эшелон штурма вместо первой волны.
  • Банковские карты (Промсвязьбанк, ВТБ) бывших осуждённых и тяжелораненых бойцов в ряде подразделений полка централизованно изымались под предлогом «сохранности». Выплаты за ранения и ежемесячное довольствие (от 195 000 рублей) обналичивались доверенными лицами офицеров через банкоматы Белгорода и Валуек.

Волчанская мясорубка: география боёв и потери по батальонам

С мая 2024 года по осень 2026 года 126-й полк стал одной из главных ударных частей группировки прикрытия границы («Север») на Харьковском оперативном направлении. Основной полосой ответственности полка стал Волчанский сектор: населённые пункты Волчанские Хутора, Тихое, Зыбино, Охримовка и рубежи вдоль реки Волчья.

Штаб 14-го армейского корпуса раз за разом отдавал приказы на форсирование реки Волчья без надлежащей инженерной подготовки и дымовых завес. В результате подразделения 126-го полка методично уничтожались украинскими дронами-камикадзе и миномётным огнём:

  • 1-й мотострелковый батальон полка в июне 2026 года в ходе боёв за восточные окраины Волчанска потерял свыше 70% списочного состава за две недели непрерывных атак.
  • 3-я штурмовая рота потеряла всю закреплённую лёгкую бронетехнику (БТР-82А и МТ-ЛБ) на шоссе Т-21-04 в результате прицельных засад FPV-дронов.

По оценкам волонтёрских групп поиска и верифицированным базам данных, безвозвратные потери 126-го мотострелкового полка за время боёв превысили 650 человек убитыми. Более 280 военнослужащих официально числятся пропавшими без вести, а санитарные потери (раненые и контуженые) превысили 1 200 человек, что эквивалентно почти двукратному обновлению исходного штата полка.

Экономика статуса MIA: как ведомство экономит миллиарды на погибших

Одной из ключевых причин, почему тела погибших солдат 126-го полка не эвакуируются из серой зоны, является прямая финансовая заинтересованность военного ведомства и командования части. Эвакуационные группы систематически не посылаются на позиции под предлогом «чрезмерной дроновой опасности».

Оставленные в полях и лесопосадках тела позволяют штабу части присваивать погибшим статус «без вести пропавший» (MIA). Этот статус запускает механизм блокировки установленных федеральным законодательством выплат:

  • 5 000 000 рублей — единовременная выплата семье погибшего по указу Президента РФ № 98.
  • 4 300 000 рублей — обязательная государственная страховая выплата по закону № 52-ФЗ («СОГАЗ»).
  • До 3 100 000 рублей — региональные единовременные выплаты (в Мурманской, Архангельской и других областях СЗФО).

Итого: за каждым признанным погибшим государству необходимо выплатить семье до 12,4 миллиона рублей. Сохраняя 280 бойцов в статусе «пропавших без вести», командование в/ч 50526 и оборонное ведомство экономят свыше 3,4 миллиарда рублей только по одному полку. При этом начисление базового оклада бойца замораживается, а семьи месяцами не могут получить даже минимальное пособие по потере кормильца.

Судебная война против семей: иски в Мурманский гарнизонный суд

Вместо содействия семьям в поиске останков юридическая служба в/ч 50526 развернула беспрецедентную судебную кампанию. Согласно материалам ГАС «Правосудие», юристы воинской части начали массово подавать исковые заявления в Мурманский гарнизонный военный суд и гражданские суды Санкт-Петербурга с требованиями о признании военнослужащих «умершими» в порядке особого производства.

Цель этой схемы цинична: ускоренное судебное признание факта смерти без проведения генетической ДНК-экспертизы в ростовском 522-м Центре приёма и обработки опознания погибших (ЦПООП) позволяет части исключить военнослужащего из списков личного состава и прекратить любые розыскные мероприятия. При этом суды нередко выносят решения с формулировками, затрудняющими получение полного пакета боевых страховых выплат.

Одновременно командование полка судится с ранеными бойцами, требуя взыскать с них якобы «излишне выплаченное» денежное довольствие за периоды нахождения в тыловых госпиталях.

Снабженческий коллапс: запросы на рации и китайские турникеты

Несмотря на миллиардные бюджеты Министерства обороны, реальное обеспечение 126-го полка находится в состоянии коллапса. Лучшим документальным подтверждением этого служат официальные запросы самого полка к региональным волонтёрам.

21 марта 2026 года в архангельском издании «Эхо Севера» был опубликован официальный запрос командования 1-го мотострелкового батальона и 3-й штурмовой роты в/ч 50526 на экстренный сбор гуманитарной помощи. Бойцам штурмового подразделения требовались базовые предметы первой необходимости:

  • Портативные китайские радиостанции Baofeng UV-5R и UV-82 (гражданские рации без шифрования, что свидетельствует о полном отсутствии штатной армейской связи «Азарт» и легко перехватывается противником).
  • Дизельные генераторы и маскировочные сети для укрытия позиций.
  • Тактические кровоостанавливающие турникиты, гемостатические бинты («Гепоглос», Celox) и окклюзионные пластыри.

Тот факт, что штурмовая рота вынуждена через провинциальные газеты собирать деньги на жгуты и рации, наглядно опровергает любые заявления чиновников о бесперебойном снабжении войск.

Бунт семей: коллективное обращение к замминистра Шулике

Не выдержав лжи командования и отсутствия известий, сотни матерей и жён военнослужащих 126-го (в/ч 50526) и 127-го (в/ч 50542) полков перешли к открытым протестным действиям. В 2026 году они составили и направили коллективное обращение на имя заместителя министра обороны РФ Виталия Шулики и Главной военной прокуратуры.

В своём обращении родственники выдвинули прямые обвинения в адрес руководства 71-й дивизии:

1. Командование части намеренно скрывает даты и точные координаты гибели бойцов, не предоставляя выписки из приказов о боевых потерях.

2. Военкоматы на местах в Мурманске, Архангельске и Вологде отказываются принимать биоматериалы родственников для отправки на ДНК-профиль в Ростов-на-Дону, заявляя, что «нет команды сверху».

3. Родственникам, пытающимся вести самостоятельный поиск через волонтёрские каналы, угрожают уголовной ответственностью по статьям о «дискредитации армии» и разглашении государственной тайны.

Среди сотен пропавших, чьи судьбы штаб части пытается скрыть — старший лейтенант Дмитрий Емцев (связь потеряна 18 апреля 2026 года), боец Сергей Малов (исчез в феврале 2026 года под Волчанском) и многие другие.

Международно-правовая квалификация и выводы

Действия подполковника Андрея Жерихова, подполковника Николая Попова и полковника Владимира Константинова не могут быть списаны на боевую обстановку. Принудительная отправка на передовую лиц с ампутированными конечностями, тяжелейшими травмами и категорией «Д», лишение их медицинской помощи и удержание в пыточных ямах образуют составы тяжких военных преступлений.

В соответствии со статьёй 12 Первой Женевской конвенции 1949 года и статьёй 41 Дополнительного протокола I, лица, вышедшие из строя вследствие болезни или ранения (hors de combat), пользуются безусловной защитой и уважением при любых обстоятельствах. Принуждение раненых и инвалидов к участию в активных боевых действиях является прямым нарушением законов и обычаев войны.

С точки зрения Уголовного кодекса РФ, действия командования 126-го полка подпадают под действие следующих статей:

  • Статья 286 ч. 3 УК РФ — превышение должностных полномочий с применением насилия, оружия и причинением тяжких последствий.
  • Статья 124 УК РФ — неоказание помощи больному лицом, обязанным её оказывать по закону.
  • Статья 356 УК РФ — применение запрещённых средств и методов ведения войны.

126-й мотострелковый полк войсковой части 50526 стал наглядным символом деградации военной машины: часть, созданная на руинах разгромленной элитной бригады, превратилась в машину перемалывания инвалидов, управляемую офицерами, готовыми совершать любые преступления ради сохранения звёзд на погонах и сокрытия катастрофических потерь перед окружным начальством.